Айзек Азимов. Обнаженное солнце

Опубликовано: 05.08.2009, 09:56
Автор: Айзек Азимов

Стр. 1 : Стр. 2 : Стр. 3 : Стр. 4 : Стр. 5 : Стр. 6 : Страница 7 :

азличны, от этого могла закружиться голова. Илайдж Бейли прочистил горло и начал: - Я хотел бы обсудить с вами вопрос об убийстве правителя Рикэна Дельмара с точки зрения мотива преступления, возможности его совершения и средств, примененных для... - Вы собираетесь держать длинную речь? - прервал землянина Атлбиш. - Возможно, - резко ответил Бейли, - но прошу не мешать мне. Я приехал сюда специально для расследования происшедшего убийства. Это моя профессия, и я лучше, чем вы, разбираюсь в подобных вопросах. - ("Ничего нельзя им спускать, или все пропало, - лихорадочно твердил он себе. Во что бы то ни стало, надо суметь взять над ними верх"). - Прежде всего остановимся на мотиве, - продолжал Бейли, решительно отчеканивая каждое слово. - Труднее всего установить именно мотив преступления. Возможности и средства для совершения преступления выяснить гораздо легче. Это - объективные факторы. Мотив же преступления бывает субъективен. Иногда он понятен окружающим, иногда - нет. Более того, мотив преступления может существовать у самого, казалось бы, неподходящего индивидуума. Все собравшиеся здесь убеждены в том, что убийцей является жена покойного. Об этом мне было сказано всеми с полной уверенностью. Никто другой, как вы полагаете, физически не мог совершить преступления, Допустим, что это так. Рассуждаем следующим образом. Каков же мог быть мотив для подобного столь необычного на Солярии преступления? Правитель Либиг сообщил мне, и это было подтверждено затем самой Гладией Дельмар, что у нее часто происходили жестокие ссоры с мужем. Ссора и вызванное ею состояние аффекта может, в принципе, привести к тяжелым последствиям, даже к убийству. Очень хорошо. Но возникает следующий вопрос. А могут ли у кого-нибудь другого существовать серьезные причины желать смерти Рикэна Дельмара? Вот, например, правитель Либиг... При этих словах спейсер подскочил. Он угрожающе протянул руку в направлении Бейли. - Думайте, что говорите, землянин! - крикнул он. - Я только рассуждаю... пока... - холодно ответил Бейли. - Вы, доктор Либиг, работали вместе с Рикэном Дельмаром. Вы лучший специалист в области роботехники на Солярии. Вы сами так утверждали, и я не имею оснований не верить вам. Либиг улыбнулся с видом превосходства. - Но, - по-прежнему невозмутимо продолжал Бейли, - я установил, что покойный Дельмар собирался прекратить совместную работу с вами. Он не одобрял какие-то ваши идеи и методы. - Ложь, чепуха! - снова крикнул Либиг. - Возможно. Ну, а если это было все-таки правдой? Разве вам не хотелось бы избавиться от него прежде, чем он публично заявил бы о разрыве ваших отношений, а? - А вы - госпожа Канторо? - быстро продолжал Бейли, не дав времени Либигу опомниться, - разве смерть Рикэна Дельмара не поставила вас во главе весьма важного на Солярии предприятия? - О небеса! - воскликнула Клариса. - Разве мы уже не обсуждали этого? - Обсуждали, но честолюбие - фактор, который нельзя так просто скидывать со счетов. Что же касается доктора Квемота, то он имел привычку играть в шахматы с покойным Дельмаром и постоянно проигрывал. Возможно, ему надоело всегда оставаться в проигрыше. - Полагаю, что проигрыш в шахматы, безусловно, недостаточно веский мотив для убийства, инспектор, - мягко вставил социолог. - Все зависит от того, насколько серьезно вы относитесь к игре. Случается и так, что мотив, которым руководствовался преступник, кажется совершеннейшей чепухой всем, кроме него самого. Но не в этом дело. Я хочу доказать вам, что мотив еще далеко не все. Практически у каждого может найтись более или менее веский мотив, особенно когда дело касается такого человека, каким был покойный Дельмар. - Что вы хотите этим сказать? - негодующе воскликнул доктор Квемот. - Только то, что Дельмар был хорошим солярианином. Все вы так о нем отзывались, не правда ли? Он полностью отвечал всем самым строгим требованиям вашего общества. Он был идеальным гражданином, идеальным человеком, почти абстракцией. Разве можно испытывать какие-либо теплые чувства к такому человеку? Его совершенство только заставляло каждого осознать собственные слабости и дефекты. Один поэт древности, английский поэт девятнадцатого века, некий Теннисон, писал: "Если у человека нет недостатков, значит он сам и есть сплошной недостаток". - Но человека не убивают только за то, что он слишком хорош, - поморщилась Клариса Канторо. - Откуда вы знаете? - возразил детектив. - Разве у вас есть хоть какой-нибудь опыт в подобном вопросе? Однако в одном я с вами согласен. Дельмар был убит не потому, что он был слишком хорош, и не потому, что слишком хорошо играл в шахматы, а по гораздо более веским причинам. Мне стало известно, что покойный Дельмар узнал о существовании на Солярии конспиративной организации. Эта организация подготавливала нападение на другие миры Галактики с целью их завоевания. Рикэн Дельмар был решительно против целей и существования этой организации. Разве для ее членов не было важным вовремя избавиться от Дельмара, человека с большим влияние на Солярии? Любой из вас, здесь присутствующих, мог быть членом этой организации, в том числе и Гладия Дельмар. Я даже не исключаю главу Департамента Безопасности, правителя Атлбиша. - Неужели? - презрительно заметил спейсер. - Конечно. Вы почему-то пытались прекратить расследование преступления, как только после отравления правителя Груэра вы заняли его пост, не так ли? Бейли сделал несколько глотков воды из свежераспечатанного пакета. Пока все шло неплохо. Соляриане сидели тихо и слушали внимательно. Отчасти потому, что подобные встречи были для них редкостью. У них не было опыта жителей Земли. - Далее, - продолжал Бейли, - следует обсудить вопрос о возможности совершить преступление. Общее мнение таково, что только госпожа Дельмар имела такую возможность, поскольку она одна могла находиться в личном контакте с жертвой. Но можно ли быть так уверенным в этом? Предположим, что некто, нам пока неизвестный, решил устранить Рикэна Дельмара. Разве при этом соображения неприятности личного присутствия не отойдут на второй план? Разве каждый из вас не пренебрег бы подобным неудобством и не мог бы прокрасться в дом Дельмара и... - Вы невежественны, землянин, - громко и надменно вмешался Корвин Атлбиш, - дело вовсе не в нашем удобстве или неудобстве. Дело в том, что сам правитель Дельмар никогда не допустил бы ничего подобного. Никакое долгое знакомство, никакая дружба не могли заставить его терпеть чье-либо личное присутствие. Рикэн Дельмар был истинным солярианином. Он немедленно попросил бы пришельца удалиться или приказал бы роботам выдворить его. - Вы правы, - спокойно согласился Бейли, - Дельмар поступил бы именно так, но... - он обвел взглядом присутствующих - только в том случае, если бы он знал о чьем-либо присутствии. - Что вы имеете в виду? - воскликнул доктор Тул пронзительным голосом. - Когда вы лично явились на место происшествия, доктор Тул, - ответил Бейли, глядя на него, - госпожа Дельмар была уверена, что она видит не вас, а ваше телеизображение, пока вы не дотронулись до нее. Я, например, привык только к личным встречам. Поэтому, когда я впервые увидел главу Департамента Безопасности Груэра, я считал, что вижу его живого во плоти и крови. И когда он вдруг исчез, я был поражен. Может быть и обратное, не так ли? Представьте, что некто всю свою жизнь имел только телеконтакты с другими людьми, за исключением редких встреч со своей женой. Появление любого человека он будет воспринимать как телеконтакт, особенно если робот сообщит ему, что кто-то желает установить с ним таковой. Разве это невозможный случай? - Совершенно невозможный, - сказал Квемот. - Окружение, фон, запах - все выдаст личный приход. - Но не сразу, доктор Квемот, не сразу. Пока Дельмар успел заподозрить что-либо, пришелец мог подойти к нему и сильным ударом раскроить череп. Бейли остановился. На его лбу выступил пот. Но утереть его выглядело бы проявлением человеческой слабости. А он все время должен быть хозяином положения, не упускать инициативы из своих рук. Тот, в кого он метил, должен быть публично и убедительно разоблачен. Нелегко землянину вести себя так по отношению к спейсеру, но он, Бейли, обязан это сделать. Он оглядел устремленные на него лица. На всех было выражение тревожного внимания. Даже у Корвина Атлбиша появилось нечто человеческое во взгляде. - Итак, мы переходим к вопросу об орудии убийства, - продолжал землянин, - и, надо признаться, что это - самый сложный вопрос. Орудие, с помощью которого было совершено преступление, так и не было обнаружено. - Если бы не этот пункт, - заметил Атлбиш, - мы бы считали обвинение, предъявленное госпоже Дельмар, вполне доказанным, и нам не потребовалось бы никакого дополнительного расследования. - Конечно, - согласился Бейли. - Итак, давайте рассмотрим вопрос об оружии. Если преступление было совершено Гладией Дельмар, оружие должно быть найдено на месте преступления. Мой партнер, Дэниел Оливо с Авроры, в настоящее время не присутствующий на нашем совещании, считает, что это оружие было унесено доктором Тулом. Во всяком случае, у него имелась такая возможность и был для этого мотив. Нами установлено, что Гладия Дельмар родная дочь доктора Тула. Я спрашиваю доктора Алтима Тула, спрашиваю публично, обнаружил ли он во время осмотра находившейся в обмороке госпожи Дельмар какой-либо тяжелый предмет, могущий служить орудием убийства? Доктор Тул весь вытянулся. - Нет, нет, клянусь, я не находил ничего подобного, - дрожащим голосом еле вымолвил он. - Есть ли желающие опровергнуть слова доктора Тула? Наступило гробовое молчание. - Тогда рассмотрим другую возможность. Она заключается в том, - продолжал детектив, - что какой-то посторонний проник в лабораторию и, совершив преступление, унес оружие с собой. Но спрашивается, зачем ему это делать? Зачем уносить оружие? Тем самым он доказывает, что госпожа Дельмар не убийца. Казалось бы, проще оставить оружие около жертвы и тем самым навлечь серьезнейшие подозрения на жену убитого. Только круглый дурак не поймет этого. Значит, орудие убийства находилось где-то поблизости от убитого и его лежавшей в беспамятстве жены и при этом остаться незамеченным. - Так что же, вы принимаете нас за дураков или слепых? - вскричал Атлбиш. - Нет, я принимаю вас за тем, кем вы являетесь, - за соляриан, - спокойно ответил Бейли. - Вы, как истые соляриане, не могли догадаться, что то особое оружие, которое было применено, находилось тут же у вас под носом. - О небеса! Что говорит этот землянин! Я не понимаю ни единого слова, - в смятении прошептала Клариса. Гладия, которая не пошевельнулась в течение всей речи Бейли, с ужасом взглянула на него. - На месте преступления были обнаружены не только мертвый Дельмар и его жена в бессознательном состоянии. Там также находился еще и испорченный робот. - Ну и что же? - негодующе вскричал Либиг. - Разве вам не очевидно следующее? Исключив все возможные варианты, мы приходим к истине, сколь бы невыносимой она вам не казалась. Именно этот самый робот и был тем смертельным оружием, которым хитро воспользовался убийца. Но вы, соляриане, в силу ваших привычек и традиций, не смогли догадаться об этом. Вскочив с места, все закричали сразу. Все, кроме Гладии, которая молча смотрела на Бейли. Бейли поднял руку и громовым голосом заорал: - Эй вы, успокойтесь! Я еще не кончил. Выслушайте меня до конца, и вы все поймете! Сила ли убежденности, звучавшая в голосе Бейли, или неожиданность и непривычность его грубого окрика, но он подействовал на соляриан магически. Вновь наступила мертвая тишина. - Садитесь и слушайте! - приказал Бейли. - Вы забыли, что убийство Дельмара - не единственное преступление на Солярии. Было совершено покушение на правителя Груэра. Наконец, пытались устранить меня с помощью отравленной стрелы! Последнее заявление было встречено тихим ропотом аудитории. - Здесь целая цепь преступлений. И все они невозможные, немыслимые, как мне сказал доктор Либиг, когда я пытался из с ним обсудить. А между тем все они имеют простое и ясное объяснение: их совершили роботы, но не прямо, а косвенно. Ими руководил опытный и умелый преступник, сумевший обойти запреты Первого Закона. Обратите внимание: первое действие - совершенно невинное с точки зрения робота. Ему приказано налить некую жидкость в бокал с водой. Робот, поскольку это никому не причинит вред, выполняет приказ. Второй робот получает столь же невинный приказ подать эту воду по первому требованию своему господину. Он не знает о манипуляциях первого и без колебаний выполняет приказание. Вот тайна отравления Ханниса Груэра. Так же действовали и со мной. Один из роботов смазал стрелу с ядом, другой, не зная об этом, подал ее самому искусному стрелку, сопроводив свое действие комментарием о том, что грязный землянин опасен для Солярии. Схема одна и та же. И заметьте себе, что все эти действия не требовали личного присутствия преступника. Вам, вероятно, известно, что квалифицированные роботехники могут установить контакт с роботами, используя межроботические линии связи. - Весьма неправдоподобное объяснение, - промолвил авторитетным тоном Либиг. - Этого не может быть! - воскликнул Квемот. Его лицо было белым, а губы тряслись. - Ни один солярианин не посмеет использовать роботов для того, чтобы причинить вред человеческому существу. - Кроме того, вся эта чепуха не имеет ни малейшего отношения к убийству Дельмара, - возразил Либиг. - Я еще вчера сказал вам об этом. Разве можно заставить робота раскроить череп человеку? Так, чтобы он не подозревал нарушения Первого Закона? - Да, возможно, - спокойно ответил детектив. - Но как? - закричал истерически Атлбиш. "Видимо, и у великого спейсера есть нервы", - злорадно отметил про себя Бейли, а вслух промолвил: - Сейчас вам объясню. Мне самому это стало ясно только вчера. Я не мог подняться с кресла и обратился к роботу с приказом: "Дай мне руку". Робот пришел в смятение и не знал, что делать. Он смотрел на свою руку с таким видом, как будто собирался вынуть и подать ее мне. Тогда мне пришлось повторить свой приказ менее буквально. Но тут-то я вспомнил, что вы, доктор Либиг, в нашей беседе упомянули об экспериментах, которые проводились вами. Речь шла, о создании новых моделей роботов с заменяемыми частями. Допустим, что робот, с которым работал Дельмар, мог вынимать и вставлять на свое место конечности, например, руки. Об этом сам Дельмар мог и не догадываться. Предположим далее, что убийца появляется в лаборатории Дельмара и приказывает роботу: "Дай мне руку". Робот немедленно выполняет приказание. Рука робота - превосходное оружие. Убийца делает свое дело, затем вставляет руку на свое место, и... никаких следов... Ужас, заставивший слушателей молчать, уступил место нестройному хору возражений и протестующих возгласов. Атлбиш, красный и негодующий, величественно встал с места и сделал шаг вперед. - Даже в этом случае, если только все это правда, убийца - Гладия Дельмар. Только она могла прийти в лабораторию своего мужа и сделать все, о чем вы сказали. Если только действительно существуют такие роботы с заменяемыми конечностями. Гладия начала тихо всхлипывать. Бейли не смотрел на нее. - Наоборот, - сказал он твердо, - я считаю, что преступником был кто-то другой, но не госпожа Дельмар. При этих словах Джотан Либиг скрестил руки на груди и презрительно фыркнул. - Вы, доктор Либиг, как я надеюсь, поможете мне установить, кто был этот убийца. Как специалист, вы отлично понимаете, что неискушенный в роботехнике человек не сумеет управлять роботами настолько умело, чтобы заставить их так или иначе нарушить Первый Закон. Ну, скажите нам, доктор Либиг, что понимает в роботехнике Гладия Дельмар? - Почему вы спрашиваете об этом именно меня? - воскликнул солярианин. - Ну, как же, ведь вы пытались просветить госпожу Дельмар в вопросах роботехники. Вы достигли своей цели? На лице Либига появилось растерянное выражение. - Она, видите ли, она... Он остановился. - Как ученица она оказалась безнадежной, не так ли? - Она могла притворяться невежественной, - голос солярианина снова обрел уверенность. - Значит вы, как специалист, утверждаете, что госпожа Дельмар настолько искушена в роботехнике, что могла бы заставить роботов совершить убийство? - Как я могу ответить на ваш вопрос? - Хорошо, я поставлю вопрос иначе. Мой партнер, Дэниел Оливо, случайно потеряв связь со мной, затратил на поиски немало времени и нашел меня с большим трудом. Преступник же узнал о моем пребывании достаточно быстро, очевидно, с помощью межроботических линий связи. Столь же быстро и ловко, снова используя роботов, преступник организовал покушение на мою жизнь. Как вы думаете, обладает ли госпожа Дельмар достаточной квалификацией в роботехнике, чтобы все это проделать. Корвин Атлбиш наклонился вперед. - Кто же, по-вашему, землянин, обладает достаточной квалификацией? - Правитель Джотан Либиг, по общему признанию и его собственному мнению, является самым квалифицированным роботехником на вашей планете, - медленно отчеканил Илайдж Бейли. - Это обвинение? - пронзительно закричал роботехник. - Да, Либиг, - голос Бейли звучал громко и решительно, - это обвинение.

    ИЛАЙДЖ БЕЙЛИ ОБВИНЯЕТ

Либиг выпрямился. Нарочито спокойно, медленно и раздельно выговаривая слова, он начал: - То, что вы говорите, чепуха. Я внимательно изучил робота, присутствующего при убийстве. Никаких заменяемых рук и ног у него не было. Этот робот никак не мог служить орудием убийства. - А кто может подтвердить ваши слова, солярианин? - так же спокойно и медленно ответил Бейли. - Мои слова обычно не подвергаются сомнению. - Ах, вот как! Тогда почему же вы столь быстро уничтожили робота? - А кому он был нужен? Робот никуда не годился, он был полностью бесполезен. - Почему? Самообладание постепенно начинало постепенно покидать роботехника. Его лицо покрылось пятнами. - Вы уже задавали мне этот вопрос, землянин, - сказал он, сжимая кулаки. - И я объяснил вам причину. Повторяю: робот присутствовал при убийстве человека. И он не смог предотвратить это убийство. - Тем не менее исследовать его для нас чрезвычайно важно, - возразил Бейли. - Я утверждаю, что именно его рука была использована в качестве оружия. - Чепуха, немыслимая чепуха! - не сдерживаясь более, закричал Либиг. - Что вы вообще смыслите в роботехнике? - Возможно, немного, - невозмутимо ответил детектив. - Но я предлагаю следующее. Пусть глава Департамента Безопасности Корвин Атлбиш распорядится, чтобы был произведен обыск вашей лаборатории и фабрики роботов. При этом будет установлено, производили ли вы эксперименты с заменой конечностей. Если да, то не послали ли вы такого робота в распоряжение Дельмара. - Никто не смеет заходить в мою лабораторию! - завопил роботехник. - Почему? Если вам нечего скрывать, то почему вы боитесь показать свою лабораторию? - А при чем здесь я? Как я мог быть заинтересован в смерти своего друга Дельмара? - Я думаю, для этого были две причины, - ответил Бейли. - Первая такова. Вы были дружны с миссис Дельмар, даже очень дружны, не так ли? Ведь, несмотря ни на что, соляриане все-таки люди. Вы, правда, никогда не имели дела с женщинами. Но это отнюдь не означает, что вы не подвержены никаким эмоциям. Ну, скажем, животным импульсам. Вы виделись с госпожой Дельмар... то есть не то чтобы виделись, но общались посредством телесвязи. При этом она часто бывала обнажена и... - Нет, нет, вы лжете! - крикнул Либиг и закрыл лицо руками. - Нет, нет, - прошептала и Гладия. - Возможно, вы даже сами не понимали характера ваших ощущений. Или, если и догадывались, то презирали себя и ненавидели госпожу Дельмар, которая вызывала их. И, конечно, сам Дельмар, ее муж, был вам особенно ненавистен. Вы ведь просили госпожу Дельмар стать вашей помощницей, не так ли? Вы настойчиво добивались этого. Она отказалась, и вы возненавидели ее еще больше. Убив Рикэна Дельмара таким образом, чтобы подозрение пало на его жену, вы одним ударом расправились с обоими. - Кто поверит этой дешевой мелодраматической болтовне? - пробормотал красный как рак спейсер. - Только грязный землянин может подумать такое о солярианине. - Я не утверждаю, что сказанное являлось вашим единственным мотивом, доктор Либиг. Все эти чувства, конечно, влияли на вас, но, скорее, бессознательно. У вас был и гораздо более прямой, более осознанный мотив. Доктор Рикэн Дельмар мог серьезно помешать вашим планам. Поэтому его следовало устранить. - Планам? О каких планах вы говорите? - воскликнул роботехник. В его голосе звучали ярость и ужас. - О планах завоевания всей Галактики, - торжественно провозгласил Бейли.

    ОБВИНЕНИЕ ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ

- Землянин сошел с ума, - Либиг повернулся к аудитории. - Разве не очевидно, что он ненормален? Некоторые с изумлением глядели на него, другие на его противника. Но Бейли не дал им опомниться. - Вы все прекрасно понимаете, Либиг, - продолжал он. - Дельмар собирался прервать отношения с вами. Причина заключалась в том, что Рикэн Дельмар был в курсе вашей работы значительно больше, нежели кто другой. Он знал, что вы проводите опасные эксперименты, и пытались остановить вас, но безуспешно. Тогда он намекнул правителю Груэру о вашей деятельности, но только намекнул, так как еще не был уверен во всех деталях. Вы узнали об этом. Рикэн Дельмар становился опасен для вас. - Он сумасшедший, этот землянин, настоящий сумасшедший! - прокричал роботехник. - Я не желаю больше слушать эти бредни. - Нет, правитель Либиг, вы должны выслушать его, - голос главы Департамента Безопасности звучал достаточно грозно. Детектив закусил губу, чтобы не выдавать охватившего его торжества. - Во время беседы со мной, - продолжал он, - когда вы упомянули о роботах с заменяющимися конечностями, доктор Либиг, вы бросили еще фразу о космических кораблях, управляемых роботами. В тот раз, доктор Либиг, пожалуй, вы были откровенны больше, чем обычно. Вероятно, вас покинули обычная осторожность, потому что перед вами был землянин, существо неполноценное и неспособное разобраться в ваших проблемах. К тому времени я уже услышал от доктора Квемота, что защитой Солярии от других Внешних Миров являются его позитронные роботы. - Я имел в виду... - взволнованно начал было Квемот. - Да, я знаю, - прервал его Бейли, - вы мыслили о социологическом плане, доктор Квемот. Но все же ваши слова послужили толчком для меня. Попробуем сравнить космический корабль, управляемый роботами, с кораблем, управляемым людьми. В первом случае использование роботов для военных целей невозможно. Робот, как известно, не в состоянии уничтожить людей даже на вражеских кораблях или вражеских мирах. Для него все человеческие существа неприкосновенны. Но если бы вам удалось создать роботов, не подчиняющихся Первому Закону, и они повели бы боевые космические корабли, такие корабли были бы непобедимыми. Страшные армады кораблей, ведомых бездушными роботами, сеяли бы ужас и разрешение на всех мирах. И только вы, знающий секрет новых моделей роботов, умели бы ими управлять. Тогда ваши честолюбивые мечты о покорении Галактики и о вашем владычестве над Вселенной были бы на пути к осуществлению. А все те, кто могли вам помешать, - должны были быть устранены с вашего пути. Прав я или нет, правитель Либиг? Ответа не было. Либиг, обуреваемый ужасом, смятением и яростью, молчал. Но даже если бы он сказал что-либо, его слова нельзя было бы разобрать в поднявшемся шуме. Обычно сдержанные и чинные спейсеры повскакивали с мест. Яростно жестикулируя, они выкрикивали угрозы по адресу роботехника. Клариса с развевающимися волосами и лицом фурии, повернувшись к Либигу, проклинала его. Даже Гладия вскочила с места и грозно трясла маленькими кулачками. Бейли закрыл глаза и на какое-то мгновение разрешил себе слегка ослабить огромное физическое и нравственное напряжение, в котором находился. То, что он задумал, удалось. Наконец-то он нашел правильный подход к этим людям. Ключ к ним помог ему найти, как это ни странно, самодовольный социолог. "В отличие от спартанских илотов, роботы никогда не будут в состоянии восстать против людей", - говорил он. Но что, если сами люди обучат роботов искусству уничтожить их? Что, если роботы научатся бунтовать? Тогда прощай привольная безопасная жизнь соляриан, жизнь, основанная на труде и беспрекословном повиновении роботов. Можно ли представить себе более тяжкое преступление в глазах соляриан! Это понял Илайдж Бейли, и это был его козырный туз. - Вы арестованы, презренный правитель! - грозно вскричал Корвин Атлбиш. - Вам запрещено заходить в лаборатории, касаться ваших записей до тех пор, пока правительство не сумеет тщательно проверить их и... - то гнева спейсер задохнулся, и его дальнейшие слова потонули в общем шуме. К Бейли приблизился робот. - Господин, вам донесение от господина Оливо, - произнес он. Бейли схватил бумагу и, повернувшись к своим слушателям, громовым голосом крикнул: - Внимание! Шум, как по мановению волшебной палочки, утих, и все лица повернулись к землянину с выражением глубокого и почтительного внимания. - Еще до начала нашей беседы я поручил своему коллеге Дэниелу Оливо с Авроры ознакомиться с экспериментальными лабораториями доктора Либига. Дэниел Оливо сообщает мне, что он сейчас лично явится к доктору Либигу с тем, чтобы потребовать разъяснений по поводу некоторых обнаруженных им фактов? - Как лично?.. - в ужасе завопил роботехник. Его глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. - Он явится сюда? Ко мне? Нет, нет. - Его голос перешел на страшный хрип. - Не бойтесь, он вам не причинит никакого вреда, - холодно сказал детектив, - если, конечно, вы дадите ему должные показания. - Ни за что! Я не позволю, не позволю... - Либиг упал на колени, видимо, не сознавая, что он делает. - Что вы в конце концов хотите от меня? Что я должен сказать? Сознаться? Хорошо, я расскажу все. Да, робот, которого я послал к Дельмару, имел заменяемые конечности. Да, я желал смерти Дельмара. Я организовал отравление Груэра. Да, я хотел пристрелить вас. Да, я мечтал о создании могучих боевых космических кораблей с новыми роботами, о которых вы догадались. Я хотел невиданного рассвета и могущества Солярии, ее владычества во Вселенной. Мне, увы, не удалось ничего, но не по моей вине. Вот, я сознался во всем. А теперь, прикажите тому человеку не приходить ко мне. Я не вынесу этого. Пусть он убирается, пусть он... - Больше Либиг не мог выговорить не слова. Бейли удовлетворенно кивнул. Снова он нажал верхнюю кнопку. Угроза личной встречи подействовала на солярианина сильнее, чем могла бы подействовать любая попытка. Эта угроза полностью лишила самообладания и вынудила сознаться во всем. И в этот самый момент роботехник увидел нечто, окончательно лишившее его разума. На коленях он пополз от чего-то, невидимого на экране. - Вон! Вон отсюда, вон, во... - Раздались невнятные звуки. И вдруг его правая рука потянулась к карману, что-то вынула и поднесла ко рту. Все это заняло несколько секунд. Качнувшись сначала вправо и затем влево, Либиг упал как подкошенный. - Эй, ты, жалкий безумец, ведь к тебе приближается не человек, а всего лишь один из твоих возлюбленных роботов, - чуть было не крикнул землянин, но вовремя удержался. В поле зрения всех присутствующих появилась высокая стройная фигура Дэниела Оливо. Какое-то мгновение он молча смотрел на распростертое на полу тело. Илайдж Бейли в ужасе затаил дыханье. А вдруг Дэниел поймет, что человека, лежащего на полу, убил ужас от приближения его, человекоподобного робота. Как прореагирует на это его скованный Первым Законом мозг? Но Дэниел опустился на колени около тела и осторожно несколько раз прикоснулся к нему. Затем он нежно приподнял голову Либига, как будто это была драгоценность и, обратив свое прекрасное невозмутимое лицо ко всем присутствующим, прошептал: - Человеческое существо мертво.

    ИЛАЙДЖ БЕЙЛИ ПРОЩАЕТСЯ

Илайдж Бейли ожидал ее прихода. Она сама попросила о встрече. - О, - пробормотал он, - если я не ошибаюсь, это не телеконтакты? - Да, но как вы догадались? Так быстро? - прошептала она. - У вас на руках перчатки. - О, вы правы, - Гладия взглянула на свои руки и добавила мягко: - Вам неприятно? - Ну, что вы, конечно нет. Она виновато улыбнулась. - Мне надо привыкать, не правда ли, Илайдж? Я ведь собираюсь на Аврору. - Значит, вы устроились благополучно? - Да, благодаря хлопотам мистера Оливо. Я никогда не вернусь сюда, Илайдж. - Правильно, Гладия. Вы там будете счастливее, я уверен. - Пока что мне немного боязно. - Понимаю. Вам придется привыкать к личным контактам, и, возможно, у вас не будет таких удобств, как здесь. Но постепенно вы привыкните, а главное, вы забудете то, что вам пришлось пережить. - Мне вовсе не хочется забыть все, что было здесь, - тихо сказала она. - А все-таки вы забудете, - Бейли взглянул на грациозную фигурку молодой женщины, - и придет время, когда вы встретите кого-нибудь и... выйдете замуж. Я имею в виду настоящий брак... - Он попытался улыбнуться, но это ему плохо удалось. - Почему-то в данный момент, - она печально улыбнулась, - в данный момент... эта перспектива не привлекает меня. - Потом все изменится, - с деланной бодростью ответил он. Они стояли друг против друга и молчали... молчали, не зная, что сказать друг другу. - Я еще не благодарила вас за все... Илайдж, - наконец вымолвила Гладия. - Не за что. Это - моя работа, - ответил он. - Вы возвращаетесь на Землю, не правда ли? - Да. - И я никогда не увижу вас? - Вероятно, нет. Но не огорчайтесь. Максимум через сорок лет меня уже не будет в живых. А вы будете все такая же... Как и сейчас. - Не надо так говорить! - взволнованно воскликнула она. - Но это правда. - Относительно Джотана Либига все подтвердилось, - заметила она, очевидно, желая переменить тему. - Знаю. При проверке оказалось, что эксперименты с космическими кораблями-роботами шли на полный ход. Роботехники нашли также и множество роботов со сменяемыми конечностями. Гладия вздрогнула. - Как вы думаете, почему он делал такие ужасные вещи? - Он ненавидел людей. Он покончил с собой только для того, чтобы избежать личного присутствия другого человека. Он готов был уничтожить и другие миры с единственной целью, чтобы Солярия с ее табу на личные контакты царствовала во всей Галактике. - Как можно так ненавидеть людей? - пробормотала она. - Иногда личные встречи бывают такими... Она замолчала. Снова наступила пауза, и снова они стояли и молча глядели друг на друга. И вдруг Гладия зарыдала. - О, Илайдж, это все-таки ужасно! - Что ужасно, Гладия? - Могу ли я прикоснуться к вам? Ведь я больше никогда не увижу вас, Илайдж... - Конечно, если вам хочется, Гладия. Шаг за шагом она подходила все ближе и ближе. Ее глаза сияли, и в то же время в них притаился испуг. Она остановилась в нескольких шагах от него и затем, как в трансе, начала стягивать перчатку с руки. - Не надо, Гладия, - тихо сказал Бейли. - Я нисколько не боюсь, - прошептала она и протянула ему обнаженную руку. Рука Бейли тоже дрожала, когда он взял ее маленькую дрожащую ручку в свою. Это продолжалось одно мгновенье. Он разжал свою руку, ее рука выпала, и вдруг он почувствовал легкое, как дуновение, прикосновение ее пальцев на своем лбу, подбородке и щеках. - Спасибо, Илайдж, за все. Прощайте, - послышался ее голос. - Прощайте, Гладия, - сказал он, глядя на удаляющуюся фигурку. И в этот момент Илайдж Бейли ощутил такое мятежное чувство потери, которое не смогла заглушить даже мысль о том, что его ожидает корабль, который доставит его на родную Землю.

    ИЛАЙДЖ БЕЙЛИ ПРЕДЛАГАЕТ НОВЫЕ ПУТИ

Государственный секретарь Альберт Минним улыбался с довольным видом. - Рад снова видеть вас на Земле, - стараясь быть как можно приветливее, сказал он. - Ваш письменный доклад, конечно, прибыл раньше вас. Он сейчас изучается специалистами. Вы хорошо поработали, что будет отмечено в вашем личном деле. - Я очень благодарен, сэр, - церемонно ответил детектив. В нем уже не было прежнего энтузиазма. Он был снова на Земле, в безопасности подземных городов, он уже слышал голос Джесси по телефону - все было как будто в полном порядке. И все же он чувствовал себя каким-то опустошенным. - Однако ваш доклад касается исключительно расследования убийства. Меня интересуют еще и другие вопросы, о которых мы с вами беседовали. Что вы можете доложить мне об этом устно? Бейли колебался. Невольно он потянулся к внутреннему карману пиджака, где лежала его старая, обкуренная трубка. - Можете курить, Бейли, - быстро сказал Минним. Детектив, не торопясь, разжег трубку. - Помните, сэр, вы задали мне вопрос: в чем заключается слабость Внешних Миров? Мы знаем их силу: обилие роботов, малая населенность, долголетие... Но каковы их уязвимые места? - Ну и что вы узнали об этом? - Я думаю, что я понял, в чем заключается их слабость, сэр. - Прекрасно. Я слушаю вас, Бейли. - Их слабость заключается в том же, в чем их сила. В полной зависимости общества от роботов, в малой населенности их планеты, в их долголетии. Выражение лица государственного секретаря не изменилось. Он по-прежнему сосредоточенно водил карандашом по бумаге, лежащей перед ним. - Почему вы так думаете? - наконец спросил он. В течение всего пути от Солярии до Земли Илайдж Бейли обдумывал предстоящий ему разговор с Альбертом Миннимом. Он собирался привести, как ему казалось, веские и бесспорные аргументы. А теперь вдруг растерялся. - Я не уверен, что сумею разъяснить свои мысли достаточно ясно, - задумчиво сказал он. - Не важно. Все равно говорите. Мне интересно, что вы думаете по данному вопросу, - настойчиво продолжал государственный инспектор. - Видите ли, сэр, - Бейли говорил медленно, тщательно подбирая слова, - соляриане в своем развитии упустили нечто такое, чем обладало человечество в течение миллионов лет, что в итоге более значимо, чем все промышленные и технические достижения. То, что в свое время сделало возможным прогресс человечества, полностью утеряно на этой планете. - Я не хочу гадать, Бейли. Что вы имеете в виду? - нетерпеливо спросил Минним. - Сотрудничество между людьми. Солярия полностью от него отказалась. В солярианском мире индивиды существуют совершенно изолированно друг от друга. Невежественный человек, мнящий себя единственным на всей планете социологом, с гордостью сообщил мне об этом. Единственная отрасль знаний, реально развивающаяся на Солярии, - это роботехника. Но и она сводится к созданию и усовершенствованию роботов, и этим занимается небольшая группа специалистов. Как только возник сложный вопрос, включающий анализ взаимоотношений между людьми и роботами, им пришлось вызвать специалиста с Земли. Разве одно это не говорит о многом? На Солярии существует только одна форма искусства - абстракция, из которой полностью устранено человеческое начало. - Это все, конечно, так, - поморщившись, сказал Минним, - но что из этого следует? - Без взаимосвязи между людьми жизнь теряет свой главный интерес. Исчезают интеллектуальные ценности, самое существование теряет свой смысл. Но не только отсутствие человеческих контактов привело к вырождению солярианского общества. Достигнутое на Солярии долголетие также не способствует прогрессу. У нас же на Земле постоянно происходит приток свежих молодых сил, которые жаждут перемен и не успевают закостенеть в своих обычаях. Наверное, в этом вопросе должен быть какой-то оптимум: человеческая жизнь должна длиться достаточно долго, чтобы общество состояло практически целиком из старых людей. На Солярии приток юности слишком медленен. - Интересно, интересно, - пробормотал Минним. Он взглянул на Бейли, и в его глазах сверкнула усмешка. - А вы проницательный человек, инспектор, - провозгласил он. - Благодарю вас, - сдержанно ответил Бейли. - Вы знаете, почему я хотел выслушать ваше мнение относительно Солярии? - Лицо государственного секретаря выразило нескрываемое торжество. - Мне хотелось знать, понимаете ли вы сами до конца, какие отличные новости вы привезли нам на Землю. - Подождите, я еще не все сказал! - воскликнул Бейли. - Конечно, не все, - согласился Минним. - Солярия ничего не может поделать с загниванием своего общества. Ее зависимость от роботов зашла слишком далеко. Роботы не могут превозмочь своей ограниченности. Ясно, что прогресс на Внешних Мирах должен приостановиться. И тогда кончится владычество спейсеров. Земле нечего будет опасаться, мы будем спасены. Новые сведения, добытые вами для нас, имеют решающее значение. - Но мы пока, - на этот раз голос Бейли звучал громко, - обсуждаем только одну Солярию, а не все Внешние Миры. - Это неважно. Ваш солярианский социолог, Кимот, что ли?.. - Квемот, сэр. - Ну, пусть Квемот... Разве он не утверждал, что и другие Внешние Миры развиваются в том же направлении, что и Солярия? - Да, Квемот так говорил. Но, во-первых, он решительно ничего не знал о других Мирах, во-вторых, он никакой не социолог. Я вам уже об этом докладывал. - Ну, что же, этим займутся наши земные социологи. - Но у них же нет никаких данных, никакого фактического материала... Мы же ничего не знаем о других Внешних Мирах, например, о могущественной Авроре? Но Альберт Минним взмахнул выхоленной рукой, как бы отметая какие бы то ни было сомнения. - Наши люди займутся этим вопросом. И я уверен, что они согласятся с Квемотом. Бейли задумался. Ему было ясно, что Минним, а за ним, очевидно, и все остальные члены правительства, твердо решили принимать желаемое за действительное. А в таких случаях результаты социологических изысканий всегда будут соответствовать желаемому. Особенно, если пренебречь некоторыми очевидными фактами. Что ему, Бейли, делать? Попытаться объяснить государственному секретарю, как в действительности обстоят дела, или... Его колебание длилось слишком долго. Альберт Минним заговорил снова. На этот раз его голос звучал по-деловому буднично. - Я хотел бы выяснить еще некоторые вопросы, связанные с делом Дельмара. Скажите, инспектор, в ваши намерения входило заставить Либига совершить самоубийство? - Мне нужно было заставить его сознаться, сэр. Конечно, я не предвидел полностью, как подействует на Либига приближение человекоподобного робота. Но, откровенно говоря, его смерть меня нисколько не огорчает. Он был весьма одаренным человеком и одновременно опасным маньяком. - Я согласен с вами, - сухо заметил Минним, - и считаю, что такой конец является весьма удачным. Но разве вы не понимали, какой опасности подвергались, если бы соляриане поняли, что Либиг никак не мог совершить самого акта убийства Дельмара. Бейли вынул изо рта трубку и ничего не ответил. - Ну, ну, инспектор, вы-то знаете, что Либиг этого не сделал. Убийство требовало личного присутствия, а Либиг предпочел ему смерть. Его конец полностью доказал это. - Вы правы, сэр, - медленно проговорил Бейли. - Я рассчитывал на то, что соляриан так возмутит намерение Либига создать опасных для людей роботов, что они ни о чем другом и думать не станут. - Кто же, в таком случае, убил Дельмара? - Если вы хотите знать, кто фактически нанес ему удар, - так же медленно продолжал детектив, - то это жена покойного Гладия Дельмар. - И все же отпустили ее? - Морально она не была ответственна за свой поступок. Либиг использовал ее в своих целях. Он знал о ссорах между мужем и женой, знал, что у Гладии бывают вспышки безумного гнева, когда она не владеет собой. Он послал к Дельмару робота, которого со свойственным ему искусством подготовил для осуществления своих планов. В минуту слепой ярости Гладия получила оружие, которым, не помня себя, воспользовалась. Таким образом, с помощью Гладии и робота Либиг избавился от Дельмара. А потом он избавился бы и от Гладии, обвиненной в убийстве. Очень хитро и ловко, не так ли, сэр? - Но рука робота должна быть запачкана кровью и волосами убитого? - сказал Минним. - Конечно, - ответил Бейли, - но этим и иными роботами занялся не кто иной, как сам Либиг. Он стер из запоминающего устройства домашних роботов часть их наблюдений, а своего робота немедленно уничтожил. Единственная ошибка Либига заключалась в том, что он считал вину Гладии очевидной, и решил, что даже отсутствие орудия убийства не спасет ее. К тому же он не мог предвидеть, что расследованием дела займется профессиональный детектив. - Итак, после смерти Либига вы устроили так, чтобы Гладия Дельмар покинула Солярию? Вы это сделали, опасаясь, что соляриане, успокоившись, разберутся во всем сами? Бейли пожал плечами. - Эта женщина достаточно настрадалась: от своего мужа, от Либига, от всей жизни на Солярии. Пусть попробует быть счастливой, если сможет. - А не думаете ли вы, инспектор, - сухо возразил государственный секретарь, - что вы пожертвовали законностью в угоду своему капризу или, что еще хуже, личным чувствам? Худощавое лицо Илайджа Бейли стало суровым. - Нет, не думаю, сэр. Я не был связан законами Солярии. Главным для меня были интересы Земли. Не так ли? А эти интересы требовали, что был обезврежен опасный маньяк. Что касается госпожи Дельмар, - теперь Бейли смотрел прямо в глаза Альберта Миннима - он делал сейчас рискованный ход, но чувствовал, что должен пойти на это, - что касается госпожи Дельмар, то я воспользовался ею, чтобы провести важный эксперимент. - Какой эксперимент? - Я не знал, согласится ли она пренебречь обычаями и традициями, глубоко заложенными в нее с самого раннего детства. Жизнь на Солярии была для нее адом. Однако она могла и не суметь расстаться с этим привычным для нее адом. Но она поступила иначе. Она заставила себя покинуть негодный солярианский мир и искать новых путей в жизни. Для меня ее решение было символичным. Мне казалось, оно открыло врата спасения и для всех нас. - Для нас? - воскликнул Минним. - Что за чертовщину вы несете? - Я не имею в виду себя или вас, сэр, - серьезно ответил Бейли. - Я имею в виду человечество в целом. Поймите, сэр, что существует еще один мир, напоминающий Солярию, и этот мир - наша Земля. - Что вы хотите этим сказать? - То, что я сказал, сэр, - с воодушевлением продолжал Бейли. - Наша планета - это Солярия наизнанку. Обитатели Солярии дошли до состояния полной изолированности друг от друга. Мы - в полной изолированности от других Внешних Миров. Они замкнулись в своих пустых огромных поместьях. Мы - заперлись в своих подземных городах. Мы, - кулаки Бейли были сжаты, глаза сверкали, - в тупике! На лице государственного секретаря было глубокое неодобрение. - Инспектор Бейли, вы устали и измучены. Вы нуждаетесь в отдыхе. И вы получите месяц отдыха с полным сохранением содержания. После отпуска вас ждет повышение по службе. Я думаю, что вы можете твердо рассчитывать на перевод вас в класс С-9. - Благодарю вас, сэр, но это не то, чего я хочу. Я хочу, чтобы вы выслушали меня до конца. Для нас существует только один выход из тупика. Это выход наружу, в открытое пространство. Ведь, в конце концов, наши предки были первыми, кто заселил Внешние Миры. - Да, все это так, но, боюсь, что наше время прошло. Бейли чувствовал нетерпение своего собеседника и его желание избавиться от тягостного разговора. Тем не менее он упрямо продолжал: - Спасаясь от могущественных спейсеров, покоривших Внешние Миры, мы запрятались глубоко под Землю. Они стали властелинами, а мы - червями. Они развивали технику, а мы уходили все глубже в недра земли. Разве это не так? В конце концов мы придем к полной деградации. Мы не должны чувствовать себя стоящими ниже спейсеров. Наоборот, мы должны соревноваться с ними, следовать за ними в том, в чем они сильны, и научиться противостоять им, если понадобится. А для этого прежде всего следует выйти в открытое пространство. Если мы не сможем сделать этого сами, мы обязаны научить наших детей жить по-новому. Это жизненно необходимо, помните, сэр. - Вы, безусловно, нуждаетесь в отдыхе, мой друг. - Выслушайте меня, сэр! - неистово закричал Бейли. - Если все будет продолжаться так, как сейчас, могущественные спейсеры уничтожат нас в течение одного столетия. Поймите это, сэр. - Но... - Я еще не кончил, сэр. Нельзя вечно обманывать землян иллюзиями. Больше так жить нельзя. Или мы выйдем на широкие просторы, к свету, к солнцу, или мы погибнем. Иного выбора для землян нет. - Да, да, - успокаивающе закивал Минним, - возможно, вы правы. А теперь, до свидания, инспектор. Бейли покинул государственного секретаря с чувством необычайной приподнятости, Он, конечно, не добился победы, но он и не ожидал быстрой и легкой победы. Переубедить таких, как Альберт Минним, нелегко, для этого потребуется немало времени и сил. Но, во всяком случае, Бейли поколебал бездумную уверенность Миннима в своей непогрешимости и правоте. "Я уверен, - думал Илайдж Бейли, - пройдет некоторое время, и я снова отправлюсь во Внешние Миры. Ведь должны же существовать более разумные миры, чем Солярия. Еще одно поколение, и мы, земляне, выйдем на широкие просторы Галактики. Подземный поезд мчал Бейли домой. Скоро он увидит Джесси... Поймет ли она его? А его сын Бентли. Ему уже семнадцать... Что станет с Землей, когда у самого Бентли будет такой сын? Я верю, думал Бейли, на Земле найдется миллионы таких же, как я. Когда они почуют запах свободы, они пойдет навстречу ей. Надо только указать им путь. Поезд набирал скорость. Бейли оглянулся. Все кругом было залито искусственным светом. Маленькие огни, силуэты домов, стальные громады фабрик, и люди, повсюду огромные толпы людей, шумящих, толкающихся, мешающих друг другу... Раньше все это было привычно... Об этом он не мечтал на далекой Солярии... А сейчас это казалось каким-то чужим. Он не мог найти себе места во всем этом шуме и хаосе. Странно, но что-то переменилось в нем. В огромной чреве Земли для него больше не было места. Как новорожденный не может возвратиться в утробы матери, так и Бейли не мог найти обратного входа в утробы подземных городов. Если то же самое произойдет и с другими, Земля снова возродится и выйдет навстречу Солнцу. Сердце Бейли бешено колотилось, кровь стучала в его висках. Он поднял голову. Сквозь сталь и бетон он увидел его... огненное, манящее к себе, сияющее... Он увидел Обнаженное Солнце.
Стр. 1 : Стр. 2 : Стр. 3 : Стр. 4 : Стр. 5 : Стр. 6 : Страница 7 :

Ключевые слова:
Бейли
Илайдж
Дельмар
партнер
Солярии
Либиг
Груэр
роботы
убийства
Земли
господин
Книги о роботах
робот
робототехника


Айзек Азимов. Заминка на праздновании Трехсотлетия
  • ...
  • Вернуться в рубрику:

    Книги и рассказы про роботов
    Немотивированная агрессия
  • ...

  • Возможно Вас заинтересует:


    Робби. Айзек Азимов



    Если вы хотите видеть на нашем сайте больше статей то кликните Поделиться в социальных сетях! Спасибо!
    Смотрите также:

    Обратите внимание полезная информация.