Сайт о роботах

Айзек Азимов. Хомо сол » Книги о роботах


Навигация
Самые интересные статьи
Робот своими руками из компакт диска
Робот своими руками из компакт диска
Зная принципы создания роботов из подручных средств, любой желающий, даже ребенок сможет смастерить простенького робота. К примеру, робот о котором будет говориться в...

Обратите внимание Будьте в курсе событий.

Айзек Азимов. Хомо сол

Опубликовано: 02.08.2009, 15:30
Автор: Айзек Азимов

Страница 1 : Страница 2 : Страница 3 :

     Семь тысяч пятьсот  сороковая сессия Галактического Конгресса восседала
торжественным конклавом  в  простор­ном  полукруглом  зале на Эроне,  второй
планете Арктура.
     Председатель медленно поднялся и обвел взглядом со­бравшихся делегатов.
Как  и  все  арктурианцы,  он  отличался  широким  лицом,  сейчас  несколько
покрасневшим   от   вол­нения.  Перед  тем  как  обратиться  к  делегатам  с
офици­альным   заявлением,  председатель   выдержал  паузу,  чтобы   придать
происходящему особую торжественность.
     Ведь в великую галактическую семью новые планетные системы  принимались
не так уж часто. Иной раз в  ожидании подобного  события можно  было прожить
целую человече­скую жизнь.
     Длинной   паузе  председателя   делегаты   ответили  не  ме­нее  долгим
молчанием.
     Двести   восемьдесят   восемь   планет  с  кислородной  ат­мосферой   и
гидрохимизмом  входили  в  Систему.  Двести  восемьдесят  восемь   делегатов
присутствовало   на   сессии.  Здесь   были   представлены   существа   всех
человекооб­разных форм  и обликов:  высокие  и  худые, широкие  и  дородные,
низенькие и коренастые.  Некоторых отличали гибкие волосы, кое у кого редкий
серый пух покрывал всю голову и  лицо. Встречались пышные кудри, уложенные в
высокую  прическу.  Но  в  большинстве  своем  делегаты  были  лысыми.  Одни
выделялись  крупными  ушными  рако­винами,   поросшими  волосами,  у  других
выпячивались  на  макушку  слуховые  мембраны.  Глаза  некоторых,  словно  у
газелей,  отливали  глубоким  пурпуром,  крохотные  зрачки других напоминали
черные бусинки. Попадались  делегаты с  зеленой кожей, а отдельные гуманоиды
могли похвастать наличием небольшого  хвоста и даже восьмидюймового хо­ботка
вместо носа.
     Но все они  походили друг на  друга  тем,  что  являлись гуманоидами  и
обладали разумом.
     Наконец пауза кончилась. Снова загудел голос пред­седателя собрания:
     --  ДелегатыСистема  Солнца  раскрыла тайну межзвездных  перелетов.  На
основании  этого  факта  она  может  быть  принята  в  состав  Галактической
Федерации.
     Сообщение  вызвало  бурю  аплодисментов,  и арктуриа­нец  поднял  руку,
призывая к тишине.
     --  Передо  мной,  --  продолжал  он,  -- официальный  рапорт  с  Альфы
Центавра,  на  пятой  планете  которой  вы­садились  гуманоиды  с  Солнечной
системы.  Рапорт полностью положителен, потому запрет на полеты в Сол­нечную
систему и  коммуникации  с ней может быть снят.  Солнце  теперь  открыто для
кораблей Федерации. В на­стоящее время готовится экспедиция под руководством
Джоселина  Арна  с  Альфы  Центавра  с  тем,  чтобы  передать  этой  системе
формальное предложение на вступление в Федерацию.
     Он   сделал  паузу.   Двести  восемьдесят  восемь  делегатов  принялись
скандировать:
     -- Слава тебе, хомо сол! Слава тебе, хомо сол! Слава!
     Таким было традиционное приветствие Федерации всех ее новых членов.

    XXX

Тан Порус выпрямился во все свои пять футов два дюйма -- хотя на родном Ригеле он был роста выше среднего -- и, плохо скрывая раздражение, окинул собе­седника быстрым, но проницательным взглядом зеленых глаз. -- Такие вот дела, Ло Фан. Вот уже шесть месяцев этот уродец, этот проклятый сквид с Беты Дракона ставит меня в тупик. Ло Фан осторожно дотронулся до своего лба длинными пальцами, при этом одно из его волосатых ушей несколько раз дернулось в судороге. Он проделал пятьдесят восемь световых лет, чтобы побывать на Арктуре II у крупнейшего психолога Федерации и -- самое главное -- посмотреть на этого странного моллюска, реакции которого завели в тупик великого ригелианина. На первый взгляд сквид ничем не отличался от других сквидов: жирная, тускло-- пурпурная масса мягкой плоти, равнодушно распустившая щупальцеобразные отростки по всей поверхности огромного бака с водой. -- Да, выглядит достаточно ординарно, -- заметил Ло Фан. -- Ха, -- фыркнул Тан Порус.-- Сейчас увидите! Он щелкнул выключателем, свет погас, тусклый голубой луч рассек темноту и осветил бак с водой, в котором, не обращая ни на кого внимания, безразлично плавал сквид с Беты Дракона. -- Даем стимул, -- сообщил Порус. Экран над головой наполнился мягким зеленым светом, точно сфокусировавшимся на баке. Через мгновение зелень сменилась тускло-- красным и почти сразу ярко-- желтым све­том. С полминуты освещение менялось, сдвигаясь по спек­тру, когда же сделалось ослепительно белым, раздался чистый, напоминающий колокольчик звук. Но вот стихло эхо, вторившее колокольчику, и по телу сквида прокатилась дрожь. Затем сквид медленно сместился к краю бака. Порус потянулся к занавеске. -- Этот звук вообще-- то усыпляет, -- проворчал он. -- Еще одна неудача. Любой сквид, с которым нам прихо­дилось иметь дело, камнем шел ко дну, стоило ему ус­лышать эту ноту. -- Усыпляет, говорите? Странно. Вы строили графики импульсов? -- Непременно. Там все в порядке. Отмечена точная длина используемых световых волн, продолжительность каждого светового диапазона, указано точное значение тона звукового сигнала в конце. Ло Фан, не скрывая сомнения, изучал график, при этом лоб его покрылся морщинами, уши удивленно то­порщились. Он достал логарифмическую линейку из внут­реннего кармана: -- Какого типа нервная система у этого животного? -- 2-- Б. Простенькая и ординарная 2-- Б. Я заставил анатомов, физиологов и экологов уточнить это, что они и делали до посинения. И все же они утверждают: 2-- БПроклятые дураки! Ло Фан ничего не ответил, только аккуратно стал пе­ремещать туда-- сюда движок линейки. Остановился, при­гляделся как следует, пожал плечами и потянулся к одному из толстенных томов, стоявших на полке у него за спиной. Зашелестел страницами, подбирая близкие значения среди приведенных в таблицах, завершил свои манипуляции и беспомощно произнес: -- Бессмыслица! -- Сам знаю. Я шестью разными способами пробовал рассчитать эту реакцию и каждый раз терпел неудачу. Даже когда я выстраивал систему, объясняющую, почему эта тварь не засыпает, я не мог понять специфического воздействия раздражителя. -- А оно очень специфическое? -- спросил Ло Фан и голос его зазвучал в самом верхнем регистре. -- И это самое скверное, -- отрезал Тан Порус. -- Ведь он должен засыпать, если сместить длину световой волны на пятьдесят анготрем в любую сторону, в любую! А тут меняешь время светового облучения на две плюс-- минус секунды, но он не засыпает. Тогда пробуешь сменить высоту конечного звукового сигнала на восемь октав в любом направлении -- он все равно не засыпает. Но стоит угадать какую-- то определенную комбинацию -- и результат налицо: спит мертвым сном! Уши Ло Фана превратились в два напряженных во­лосатых полотнища. -- Галактика! -- прошептал он. -- Так вы споткнулись на комбинации?! -- Не я. Это случилось на Бете Дракона. Мои про­винциальные классные коллеги проводили лабораторное занятие для первокурсников, демонстрируя реакцию мол­люсков на свет и звук, -- было это несколько лет назад. И вот у одних студентов сложилась случайная свето-- зву­ковая комбинация, при которой это пакостное существо погрузилось в сон. Разумеется, они решили, что тронулись рассудком, и бросились к наставнику. Наставник проверил реакцию другого сквида, уснувшего так же быстро. Тогда изменили комбинацию -- сна как не бывало. Они вернулись к начальной -- снова сон. Когда наконец они достаточно долго с ним провозились, то поняли, что даже не могут разобраться, где у сквида голова, а где хвост. Они отослали сквид на Арктур, пожелав побыстрее докопаться до истины. И вот уже целых шесть месяцев мне не удается даже вздремнуть как следует. Раздался музыкальный звонок, Порус нетерпеливо обер­нулся: -- В чем дело? -- Посланник от председателя сессии Галактического Конгресса, сэр, -- послышался металлический голос из ком­муникатора на столе. -- Пусть войдет. Посланник приблизился, церемонно вручил Порусу за­печатанный конверт и энергично произнес: -- Великие новости, сэр. Система Солнца квалифи­цирована как достойная принятия. -- Что дальше? -- фыркнул Порус. -- Мы давно все знали, что так и будет. Он достал из прозрачного целлофана пачку бумаг и углубился в их изучение. -- О Ригель! -- В чем дело? -- поинтересовался Ло Фан. -- Эти политиканы осмеливаются меня беспокоить по самому ничтожному поводу. Можно подумать, на Эроне нет другого психолога. Взгляните только. Мы предполагали, что соляриане откроют гиператомный принцип в ближайшее столетие. Они наконец-- то до этого додумались, и их экспедиция совершила посадку на Альфу Центавра. Ра­зумеется, для политиканов такой праздник! Теперь нам следует отправить собственную экспедицию, чтобы при­гласить их вступить в Федерацию. И, ясное дело, для этого требуется психолог, способный вручить приглашение самым милым образом, заранее предугадав их реакцию. Ведь в армии вряд ли найдется хоть один солдат, который бы обладал навыками психологии даже в очень малой сте­пени. Ло Фан совершенно серьезно кивнул: -- Знакомо, знакомо. У нас случались такие же труд­ности. Психологи им ни к чему, пока они не вляпаются в неприятности. Тогда же мчатся к нам со всех ног. -- Ладно, то, что я не отправлюсь к Солнцу, совер­шенно очевидно. Этот дрыхнущий сквид слишком важен, чтобы обойти его своим вниманием. Работа там рутинная, как всегда с присоединением новых миров: реакция А-- типа, с которой любой первокурсник справится. -- И кого вы пошлете? -- Еще не решил. Под моим началом трудилось не­сколько неплохих юнцов. Они выполнят это задание с закрытыми глазами. Поручу кому-- нибудь из них. Кстати, надеюсь видеть вас завтра вечером на встрече факультета. -- Увидите... И даже услышите. Мне предстоит про­изнести речь о возбудителях указательного пальца. -- Прекрасно! Я над этим тоже работал, так что интересно будет послушать, до чего вы там додумались. Значит, до завтра!

    XXX

Оставшись один, Порус еще раз взялся за официальный рапорт с Солнечной системы, который вручил ему пору­ченец. Ученый неторопливо, но без особого интереса по­листал его, потом отложил со вздохом. -- Лор Харидин с этим справится, -- пробормотал он сам себе. -- Славный парнишка, стоит дать ему шанс. Тан Порус вырвал из объятий кресла свои тощие бедра сунул рапорт под мышку, вышел из кабинета и быстро двинулся по длинному наружному коридору. Когда он ос­тановился перед дверью в дальнем конце, охранная вспыш­ка осветила его и голос изнутри предложил войти. Ригелианин открыл дверь, сунул внутрь голову: -- Занят, Харидин? Лор Харидин поднял глаза и тут же вскочил. -- Великий космос, босс, нет! Мне просто нечем за­ниматься, с тех пор, как я завершил работу над реакцией злости. Может быть, вы подыскали для меня что-- нибудь -- спросил он с надеждой. -- Подыскал... если, конечно, ты уверен, что спра­вишься. Слыхал о Солнечной системе? -- Ясное делоВсе визоры ею забиты. Они научились осуществлять межзвездные перелеты, я не ошибся ? -- Не ошибся. Через месяц с Альфы Центавра к Солнцу отправится экспедиция. Им требуется психолог для тонкой работы. Я подумал: не послать ли тебя? Молодой человек от удовольствия залился краской вплоть до макушки лысого черепа: -- Вы не передумаете, босс? -- С чего бы? Можешь заняться, если наверняка зна­ешь, что справишься. -- Разумеется, справлюсь. -- Лицо Харидина вытяну­лось от обиды. -- Реакция А-- типа, тут не ошибешься. -- Видишь ли, тебе придется освоить язык соляриан и управлять их реакциями так, чтобы им все было понятно. А это не всегда просто. Харидин пожал плечами: -- Я не должен ошибиться. В подобных делах переводу требуется лишь 75 процентов эффективности, чтобы до­биться необходимой реакции с точностью девяносто девять и шесть десятых процента. Так что здесь, шеф, вы меня не собьете. Порус рассмеялся: -- Ладно, ладно, Харидин, знаю, тебя на мякине не проведешь. Но все-- таки постарайся не подвести меня. За­кругляйся здесь, в университете, подавай заявление о бес­срочном отпуске и, если получится, напиши какую-- нибудь статейку об этих солярианах. Если все пройдет удачно, ты сможешь приобрести неплохое положение. Молодой ученый нахмурился: -- Но, шеф, все это уже устарело. Реакции гуманоидов известны слишком хорошо, тут просто не о чем больше писать. -- Всегда что-- нибудь отыщется, если присмотреться повнимательнее, Харидин. В природе нет ничего, иссле­дованного до конца и полностью, не забывай об этом. Если сейчас ты посмотришь таблицу 25 в докладе, то обнаружишь там некоторые сведения, вызывающие беспо­койство: соляриане оснащают свои корабли оружием с осо­бой тщательностью. Харидин отыскал указанное место. -- Вполне разумно, -- заметил он. -- Совершенно нор­мальная реакция. -- Согласен. Но они не собираются отказываться от оружия, даже не смотря на особую теплоту встречи с братьями по разуму. Займись этим, вдруг обнаружишь что-- нибудь очень важное. -- Ну... раз вы так говорите... Благодарю, что вы предоставили мне такой шанс. Да... сдвинулись с места в экспериментах со сквидом? Порус наморщил лоб: -- Уже шестой по счету скорчился и вчера вообще подох. Какая безвкусица. С этими словами ученый развернулся, и Харидин не успел опомниться, как остался один.

    XXX

Тан Порус проглядел полученные бумаги, сложил их вдвое, разорвал пополам. Он чувствовал, что начинает дрожать от ярости, и, резко пододвинув к себе телеком­муникатор, рявкнул в микрофон: -- Сантина мне из математического управления, не­медленно! Зеленые глаза Поруса метали молнии, а по ту сторону экрана улыбалось безмятежное лицо, которому психолог показал огромный кулак: -- Найдется на Эроне хоть один человек, способный разобраться в этом анализе, что вы только что мне при­слали, слизняк с Бетельгейзе! Изображение с кротким недоумением подняло брови: -- Не сваливайте все на меня, Порус. Это же ваши уравнения, не мои. Откуда вы их выкопали? -- Вас не касается, где я их взял. Это забота де­партамента психологии. -- Отлично! Но решать их -- забота департамента математики. Ваша семерка образует такую дьявольскую головоломку, какие мне еще не встречались. К тому же вы допустили семнадцать приближений, которыми не имели права пользоваться. У нас ушло две недели, пока удалось распутать и кое-- что сократить. Порус подпрыгнул, словно от удара: -- Знаю я, что вы там насокращали! Я просмотрел выкладки. Вы берете семнадцать независимых переменных в тринадцати уравнениях, тратите два месяца на работу, наконец-- то добираетесь до сути и излагаете на последней странице истину, которую в силах понять только оракул: "а" равно "а". Работа сделана. Молодцы! -- Я тут ни при чем, Порус. Ваши уравнения замкнулись сами на себе, математически получается, что они равнозначны, тут ничего не поделаешь. -- Сантин снисхо­дительно улыбался с экрана. -- Кстати, чего вы кипятитесь. Ведь "а" и должно быть равно "а", не так ли? -- Сгинь! Экран погас, и психолог плотно стиснул зубы ощущая, как душа разрывается на части. Световой сигнал на телекоммуникаторе вновь подал признаки жизни. -- Что там еще? В ответ раздался вежливый безразличный голос сек­ретаря: -- Посланник от правительства, сэр. -- К чертям правительство! Скажите им, что я умер! -- Это важно, сэр. Лор Харидин вернулся с Солнца и хочет вас видеть. Порус нахмурился: -- С Солнца? Какого еще Солнца? Ах да, вспомнил! Пускай входит, но попроси его поторопиться. -- Заходи, заходи, Харидин, -- говорил он немного погодя. Чувствовалось, что он рад видеть своего молодого коллегу, еще более помолодевшего и слежка похудевшего с тех пор, как шесть месяцев назад он покинул Арктур. -- Ну-- с, молодой человек, статью написали? Арктурианец внимательно разглядывал свои ногти. -- Нет, сэр. -- Но почему? -- ригелианский психолог подозрительно прищурился. -- Только не говорите мне, что воз­никли сложности... -- Честно говоря, да, шеф, -- с трудом выдавил Харидин. -- Психологический отдел обратится непосредствен­но к вам после того, как вы заслушаете мой отчет. Суть дела в том, что Солнечная система отказалась вступить в Федерацию. Тан Порус пулей выскочил из своего кресла, так что чуть было не оступился: -- Что!? Харидин с несчастным видом кивнул и откашлялся. -- Ну и ну, клянусь Великой Темной Туманностью, -- проревел ригелианин как безумный. -- Ничего не скажешь, праздничный сегодня денек. Сначала мне сообщают: "а" равняется "а", потом ты заявляешь, что напортачил с ре­акцией А-- типа, причем окончательно! Молодой психолог вспыхнул: -- Я ничего не напортачил. Что-- то не в порядке с самими солярианами. Они ненормальные. Когда я прилетел, они устроили фантастические празднества и вели себя на­столько необузданно, что я решил: уж не свихнулись ли они. Я выступил с приглашением перед парламентом на их же языке. Есть у них такой простенький, называется эсперанто. Могу поклясться, мой перевод был на девяносто процентов адекватным. -- Допустим. Что дальше? -- Остального я не в силах понять, шеф. Поначалу последовала нейтральная реакция, удивившая меня, а за­тем...-- он вздрогнул от воспоминаний, -- через семь дней, всего через семь дней вся планета полностью переменила к нам отношение. Я не смог понять их психологию, я ощущал себя так, будто нахожусь в сотне миль от них. Вот копии газет того периода, в которых они протестуют против союза с "чужеродными монстрами" и отказываются подчиняться нелюдям, живущим во многих парсеках от них. И я подумал: есть ли смысл во всем этом? Но это только начало. Мне кажется, в жизни моей не было световых лет хуже. Ми­лосердие Галактики, я все силы бросил на реакцию А-- типа, пытался вычислить ее и не смог. В конце концов нам пришлось отступить. Мы испытали чисто физическую угрозу со стороны этих... землян, как они себя называют. Тан Порус прикусил губу: -- Интересно. Отчет с тобой? -- Нет. Он у психологической группы. Все эти дни они его чуть ли не с микроскопом изучают. -- И что же они выискали? Молодой арктурианец скривился: -- Прямо не говорят, но, мне кажется, у них создалось такое впечатление, будто ответы в отчете ошибочны. -- Ладно, поговорим об этом, когда я его прочту. А пока отправимся в зал парламента и по дороге ты мне ответишь на кое-- какие вопросы.

    XXX

Джоселиан Арн, военный с Альфы Центавра, потер щетинистый подбородок шестипалой рукой и взглянул из­-- под нависших бровей на ученых, которые сидели полу­кругом и с большим вниманием глядели на него. В состав психологической группы входили психологи с двух десятков планет, и выдержать их одновременные внимательные и серьезные взгляды было не таким уж легким делом. -- Нас информировали, -- начал Фриан Обель, руко­водитель группы с Беги, родины
Страница 1 : Страница 2 : Страница 3 :


Айзек Азимов. Странник в раю
  • Они были братьями. Не потому, что оба принад­лежали к роду человеческому, и не потому, что воспи­тывались в одном интернате. Они были ...
  • НАЗАД

    Айзек Азимов. Цена риска
  • ...
  • ВПЕРЁД

    Возможно Вас заинтересует:

    Робби. Айзек Азимов